Настоящая женщина: о вреде стереотипов — интервью психолога

Современные женщины часто ищут смысл жизни в семейном счастье и слишком зависят от мужского мнения. Почему так происходит, рассказывает психотерапевт Екатерина Михайлова, которая много лет ведет авторский тренинг «Я у себя одна».

Чего ждут от вашего тренинга его участницы?

Екатерина Михайлова: У отечественных психологов есть такая фантазия, что российские клиенты — пассивные, не хотят работать, а ожидают чуда, что им подавай готовый результат. Так вот, я про своих девушек 25–40 лет и вообще бы этого не сказала, а уж про последние лет десять — тем более. На этот тренинг приходят работать.

Кстати, первый вопрос, который я им задаю: «Что вам было бы важно сделать для себя за эти два дня?» Потому что делать-то будут именно они. А я только по мере сил им помогаю. На самом деле, лукавить не будем, — это ведь никакой не тренинг. Никто ничего не тренирует и никого ничему не учит. Это пусть и очень короткая, но все-таки психотерапия.

А проблемы, с которыми приходят участницы, со временем меняются?

В главном — нет. У нас ведь и культура пока не меняется: она мало того что патриархальная, она еще и вечно воюющая. А у женщин в зоне военных действий участь по определению незавидная. Криминальная разборка или танковое сражение — все равно. Да и женский вопрос никогда ведь не ставился и не решался сам по себе, он всегда был частью чего-то большего.

Скажем, в начале ХХ века женский вопрос обсуждали в параллели с национальным и сословным вопросами: могут ли женщины (а также инородцы, низшие сословия) получать образование или голосовать на выборах. Но это всегда вопрос про Другого: про то, как в этот период общество относится к другим.

А мы ведь знаем, как наше общество относится к другим

Но жизнь-то все равно твоя и одна, в тех ли обстоятельствах или в других. И если говорить об общих качествах всех женщин на моих тренингах, то, наверное, я назову чуть более активное и заинтересованное отношение к собственной жизни: к своим чувствам, отношениям, к прошлому и будущему — ко всему.

Более активное — по сравнению с мужчинами?

Нет, по сравнению с другими женщинами. Для мужчин-то думать о жизни и ее смысле — это, можно сказать, социально вмененное и одобряемое занятие. Хочешь не хочешь, а надо. Сами посудите: с девятого класса ребенка тычут физиономией в книжку: а ну-ка расскажи про духовные искания героев «Войны и мира»! А там ведь у кого духовные искания? У Пьера, у Андрея. А у Наташи Ростовой — ну какие там искания?

В юности, конечно, умные, читающие мальчики и девочки вполне на равных дискутируют о смысле жизни

Но все-таки рефлексия на тему «куда живем» — для мужчин вещь более обычная. И в литературе, и в философии, которая вообще мужчинами гуще заселена. А про девочек часто есть иллюзия, что отношения и материнство им смысл жизни как-нибудь сами предъявят, так что можно особенно не напрягаться.

Еще на блоге:   Что такое высокофункциональная депрессия

У них другое предназначение?

Если прислушаться к самому слову «предназначение», вы поймете: кто-то что-то кому-то назначил. Притом заранее: пред-назначил. Мы привлекаем либо социум, либо высшие силы, либо берем фрейдово определение: «Анатомия — это судьба». Но речь идет всегда про фигуры власти и авторитета, которым лучше знать.

А если уж сама женщина хочет что-то про себя понять, то не будет это называть «предназначением», она сама выбирает и решает, а не исполняет чьи-то назначения

Знаете, мне молодые студентки иногда говорят: «Но ведь желание иметь детей заложено природой». На что я обычно спрашиваю: «А природа сама вам об этом сказала?» Безусловно, существует биологическая линия, инстинкты. Но желание иметь детей у взрослой, образованной, социализированной женщины опосредовано совсем не только биологией, даже если допустить, что матушка-природа действительно что-то такое в нее заложила.

Самооценка женщины зависит от ее отношений с мужчинами?

Конечно, зависит: мы себе больше нравимся, когда любимы. И ум свой мы больше ценим, когда коллеги-мужчины признают его наличие. Нравится нам это или нет, но воображаемая мужская фигура существует, и ее мнение важно. На мужские фигуры проецируется и функция оценки, и само право оценивать.

У меня была участница, которая интенсивно работала над собой: ходила и на женский тренинг, и на смешанные группы. Я ее спросила однажды: «А в чем для тебя разница?» «Ну как же, — ответила она. — На смешанных группах думаешь все время: как сесть, что сказать». Это немножко наивный, но на самом деле точный ответ.

Для женщины оценка мужчины, профессиональная в том числе, — как ни крути, более важная оценка

Но весь вопрос в том, до какой степени мы от нее зависим. Если полностью — меня сегодня не похвалили, и я уже начинаю скисать, я реагирую реальными колебаниями самооценки, — то это уже зависимость.

Вы сказали о зависимости, но многие из нас путают ее с любовью. Как все-таки их различить?

Если отвечать коротко, то здоровая привязанность выдерживает свободу другого человека. А стало быть, не использует средства контроля над ним, эмоциональный шантаж в том числе. Массовая культура под видом так называемой «настоящей любви» активно внедряет модель эмоциональной зависимости. Ее, эту любовь, изображают именно как «я не могу без него жить».

Еще на блоге:   Общаемся с несогласными

Понятно, что женщин, склонных к эмоциональной зависимости, немало. А история про зависимость — это история про контроль. Известно ведь, что самые большие манипуляторы — те, кто от нас зависит: дети, неработающие жены и пожилые родители. Те, у кого нет реальных рычагов влияния.

Значит, «настоящую любовь» вы не одобряете. А что вы думаете про настоящую женщину?

На эту тему я вообще говорить отказываюсь! Знаете, когда на тренинге собирается веселая группа — а это всегда видно, — я почти сразу начинаю с того, что предлагаю собрать «чучело» так называемой «настоящей женщины». Вместе решить, что же это такое. И вот мы перечисляем свойства этого собирательного чудища, которого, конечно, не может быть в природе — до тех пор пока все не начинают хохотать. И я открытым текстом говорю: «Вот с этим чучелом мы себя сравнивать никогда не будем. Пошла вон, дура!» Такое вот символическое сожжение чучела.

«Настоящая женщина» — мифологическая конструкция, которая рассказывает про чьи-то перемешанные фантазии

И подстраивать себя под нее — прямо противоположно духу того, что я делаю. Когда начинаешь описывать параметры этих внедренных, идеальных фигур, то они очень быстро разваливаются на куски, потому что выясняется, что свойства, из которых они «собраны», друг другу противоречат.

Собственно, и с настоящим мужчиной все так же обстоит. А если немного уклониться в сторону теории заговора, то легко прийти к выводу, что эксплуатация такого рода конструкций — верный способ уязвлять живых, настоящих людей. Любой мужчина будет не тот, любая женщина — не та.

Но послушайте! Женского предназначения нет, настоящей женщины нет, настоящую любовь подменяют зависимостью — как жить-то?!

Думать. Можно, конечно, построить высокую башню и беспрерывно вещать с нее про важность самостоятельного мышления. Но, боюсь, это противоречит идее самостоятельности женщины. Захотелось подумать — давай, подруга, думай, читай книжки, приходи к нам. Не захотелось — ну, что ж поделать. Каждая выбирает сама.

Автор: Екатерина Михайлова, психолог, психодраматерапевт, член международной Ассоциации групповой психотерапии и групповых процессов (IAGP)

Источник

Читайте нас в удобном формате
Telegram | Facebook | Instagram | Tags

Добавить комментарий