«Парадокс о мандарине»: как безнаказанность влияет на наше поведение

Нормы морали — важная часть формирования общества. Они задают правила, по которым это общество существует, и являются одним из ориентиров при принятии тех или иных решений. Действует ли мораль в условиях безнаказанности, или карательные меры закона — это единственный по-настоящему действующий сдерживающий фактор, рассуждает мастер-коуч Ольга Рыбина


Готов ли человек принять решение об убийстве другого, если тот находится на другом конце земного шара, а для убийства достаточно лишь усилия воли? При этом человек получает большое денежное вознаграждение и гарантированно не понесет никакого наказания. Такой этический вопрос был сформулирован французским писателем Шатобрианом в книге «Гений христианства» еще в начале XIX века. Он получил название «парадокс о мандарине». Шатобриан писал: «О совесть! Что ты такое, хотел бы я знать, — всего лишь призрак воображения или же страх наказания? Я спрашиваю себя: «Если б ты мог одним усилием воли убить человека в Китае и унаследовать его имущество в Европе, с абсолютной, сверхъестественной уверенностью, что никто никогда не узнает об этом, ты бы решился на это?»

Ситуации, когда безнаказанность порождает агрессию, много раз описывались в литературе и кино, например, в книге Уильяма Голдинга «Повелитель мух», фильме Ларса фон Триера «Догвилль» или эксперименте Марины Абрамович. Такое поведение, при котором выбор человека диктуется не внутренними этическими принципами, а лишь наличием или отсутствием наказания за поступок, кажется нам аморальным, но для того, чтобы это утверждать, стоит разобраться в истоках самой морали человека.

Мораль — это совокупность особых, духовных правил, регулирующих поведение человека, его отношение к другим людям, самому себе, а также к окружающей среде.

Главный принцип морали: «Поступай по отношению к другому так, как ты хотел бы, чтобы он поступал по отношению к тебе». И это правило имеет биологические основы.

Биологические основы морали

Роберт Сапольски, американский нейроэндокринолог, профессор биологии, неврологии и нейрохирургии в Стэнфордском университете, утверждает, что модель «око за око, зуб за зуб» характерна для многих видов животных. Согласно этой модели, группа животных будет оказывать помощь индивиду до тех пор, пока он вносит свой вклад на пользу этой группы. Такие социальные инстинкты призваны контролировать поведение в группе и не допускать паразитизма отдельных индивидуумов и основаны они на том, что за проступком последует наказание. Антрополог Робин Данбар предположил даже, что один из поводов к развитию языка у человечества — это необходимость распространять информацию о нарушениях общественных норм.

Также всем социальным животным свойственно четкое деление на «своих» и «чужих». Для древнего человека, как и для его предков, человекообразных обезьян, было характерно групповое развитие общества, при котором внутригрупповой альтруизм сопровождался агрессией по отношению к представителям другой группы. Такое поведение могло обеспечить наибольшую конкурентоспособность как группы, так и всего вида в целом. Именно поэтому оно закрепилось на уровне генов.

В своей книге «Эгоистичный ген» Ричард Докинз пишет: «Преобладающим качеством преуспевающего гена должен быть безжалостный эгоизм. Генный эгоизм обычно дает начало эгоистичности в поведении индивидуума. Однако при некоторых особых обстоятельствах ген способен лучше всего достигать собственных эгоистичных целей, поощряя ограниченную форму альтруизма на уровне индивидуальных животных».

Такой альтруизм принято называть родственным. В основе его лежит правило Гамильтона, которое утверждает, что альтруистическое поведение ведет к генетическому успеху организма, если обеспечивает выживание близких родственников. Например, если живой организм пожертвует собой ради спасения двух родных братьев, то эта жертва будет не напрасной, поскольку у каждого из них 50% общих генов, а значит, генетическое наследие продолжит распространяться. Соответственно, чем более генетически удалены два организма друг от друга, тем менее вероятно, что они будут проявлять альтруизм друг к другу.

Еще на блоге:   Трудоголизм родителей не вредит детям. Важно кое-что другое

Другой вид альтруизма — реципрокный альтруизм. То есть помощь, оказанная в ожидании ответного действия в будущем. В своей книге «Биология добра и зла» Роберт Сапольски пишет: «Почти всегда под чистым альтруизмом состоит реципрокность, и нет ничего плохого в том, чтобы радоваться своей благодетели. Нам всегда проще помогать кому-то знакомому, чем абстрактному».

Для раннего человека характерно было существование в составе небольшой группы (племени), на представителей которой будут распространяться его моральные принципы. Это подтверждает «число Данбара» — количество социальных связей, которые может поддерживать человек. Изначально антрополог Робин Данбар проводил наблюдения за приматами и заметил, что размер стаи у разных видов зависит от того, какое количество сородичей может охватить своим вниманием каждая особь. При превышении этого порога стая распадалась на две более маленьких. Считается, что для людей число Данбара в среднем равно 150.

Эволюция общественного строя привела к тому, что человек начал жить в крупных агломерациях. Понятие «своих» стало существенно меняться, появилась необходимость закрепить моральные нормы в виде договорных законов и религиозных догм. Мораль из области биологической перешла в область социальную.

Если вернуться к «парадоксу о мандарине», то с точки зрения эволюционной биологии решение убить человека на другом конце света, чтобы получить вознаграждение, является предсказуемым. Ведь ни родственный, ни реципрокный альтруизм в этом случае работать не будет, а значит, решение может быть ограничено только моральными нормами и законом, который, по условиям задачи, перестает действовать.

Однако взгляд на альтруизм как эволюционный механизм, способствующий распространению «эгоистичных» генов, не единственный. Биолог Франс де Вааль в своей книге «Истоки морали» полемизирует с Докинзом и другими приверженцами такой точки зрения. Он прослеживает историю развития взглядов на природу человеческой морали и нравственности от объяснения актов альтруизма исключительно генетической выгодой до утверждения, что доброта и нравственность являются естественной природой человека и свойственны ему от рождения. Франс де Вааль говорит об эмпатийной природе альтруизма, свойственной млекопитающим, что сегодня подтверждается исследованиями: «Смысл эмпатии состоит в стирании границы между собой и другим существом. Очевидно, это делает разницу между эгоистичными и неэгоистичными мотивами довольно туманной».

При этом Франс де Вааль подчеркивает, что человеческой природе характерна двойственность, поэтому нормы морали необходимы для общества, однако, если бы человек не был изначально предрасположен к добродетели, никакие моральные принципы не смогли бы сдержать его. «Именно способность быть как хорошими, так и дурными позволяет нам отличать добро от зла», — считает он. Таким образом, нормы морали становятся не сдерживающим, а направляющим фактором.

Факторы, влияющие на нравственность человека

При разговоре о морали и нравственности очень важно затронуть такой аспект, как свобода воли, то есть способность человека без принуждения делать осознанный выбор.

Роберт Сапольски утверждает, что человек на самом деле не обладает свободой воли, поскольку на любой его поступок оказывают влияние множество факторов: «Личность человека — это результат взаимодействия биологии нашего организма со средой. Любой наш поступок определяется гормонами в нашем мозге, нейронными связями, которые сформировались на протяжении всей нашей жизни, и наконец генами».

На принятие решений могут влиять следующие факторы:

  • Эволюция

Такие качества, как родственный альтруизм, были сформированы в результате естественного отбора.

  • Гены
Еще на блоге:   Любовь зла: секс с роботом

Исследования показали, что моральные качества людей в значительной мере определяются генами, а не только воспитанием. Ученым удалось выделить ген, который отвечает за более альтруистичное поведение.

  • Условия жизни

Повышение уровня жизни в обществе значительно снижает уровень агрессии и повышает гуманизацию. Эксперименты, проводимые Павлом Васильевичем Симоновым на мышах, показали, что те готовы на альтруистическое поведение до тех пор, пока те условия, в которых им приходится находиться в результате такого поведения, не ухудшаются до определенного уровня.

  • Физическое и психическое состояние человека

Травмы, связанные с повреждением головного мозга, могут стать причиной состояний, в которых человек становится не способен придерживаться нравственных принципов. Также на уровень агрессии человека могут влиять такие факторы, как голод, духота, длительное отсутствие сна.

  • Социальные нормы

Для человека важно быть признанным и одобряемым в социуме, следование общепринятым нормам морали обеспечивает чувство внутреннего комфорта. Важно, чтобы в социуме было однозначное понимание норм и правил. Любые двойные стандарты порождают агрессивное поведение и чувство вседозволенности.

  • Эмпатия

Зеркальные нейроны в мозге человека помогают ставить себя на место другого и сопереживать его эмоциям.

Нравственность как показатель уровня развития человека

Лоренц Кольберг, американский психолог, специалист в области психологии развития, предлагает посмотреть на нравственность еще под одним углом. Он разработал теорию нравственного развития, по которой человек в течение жизни проходит 3 основных этапа формирования нравственности и этических принципов. Согласно этой теории, выбор человека в пользу того или иного решения в сложных морально-этических ситуациях будет зависеть от уровня, на котором он находится.

Доконвенциональный уровень

Фокусировка на прямой причинно-следственной связи между поступком и наказанием или вознаграждением. Этот уровень свойственен маленьким детям, которые еще не понимают, что хорошо, а что плохо, но уже знают, что можно, а что нельзя.

Конвенциональный уровень

Фокусировка на общепринятых морально-этических нормах, отсутствие критического осмысления. На этом уровне понятие о хорошем и плохом диктуется обществом, а мораль определяется внешними силами. Человек старается соответствовать общественным ожиданиям и руководствоваться правилами. Этой стадии свойственен конформизм.

Постконвенциональный уровень

Фокусировка на собственных убеждениях и суждениях, переосмысление общественных норм и формирование собственных критериев нравственности. Человек понимает, что существуют разные точки зрения и разные мнения. Он поступает так, как сам считает правильным, исходя из конкретной ситуации, а не из незыблемых законов и норм.

Сам Лоренц утверждает, что постконвенционального уровня достигают далеко не все люди в течение своей жизни, многие застревают на предыдущем этапе, основываясь в своих действиях и суждениях только на внешних предписаниях. Для того, чтобы перейти на этот уровень, необходимо развитие критического мышления, а также высокий уровень эмоционального интеллекта.

Именно последний уровень позволяет человеку принимать сложные морально-этические решения в условиях, когда этика начинает спорить с законом. Например, стоит ли разбить стекло чужого автомобиля, чтобы вызволить плачущего ребенка, оставленного одного.

Если снова вернуться к «парадоксу о мандарине», то при отсутствии давления закона человек встает перед внутренним конфликтом между собственными морально-этическими принципами и личной выгодой.

На выбор каждого конкретного человека будут оказывать влияние как внутренние и внешние факторы, приводимые Робертом Сапольски, так и уровень нравственности человека. И для того, чтобы современное общество шло по пути гуманизации, нужно развивать культуру, которая будет основана на рефлексии, критическом мышлении, эмоциональной компетентности, а также важно глубже понимать причинно-следственную связь между поведением человека и всем многообразием факторов, которые оказывают на него влияние.

Автор: Ольга Рыбина

Источник

Читайте нас в удобном формате
Telegram | Facebook | Instagram | Tags

Добавить комментарий