Метамодернизм как новое слово в искусстве, которое… еще не сказали!

Коль скоро вас заинтересовала статья о метамодернизме, вы наверняка прекрасно знаете, что такое модернизм и постмодернизм. Если же нет, скажем вкратце, что модернизм в искусстве – это течение, вызванное к жизни в первой половине 20 века стремлением обновить художественные устои прошлого. В свою очередь, постмодернизм – это совмещение и смешение стилей, культур и направлений, наблюдавшееся в искусстве второй половины 20 столетия как ответ на утрату модернизмом потенциала к дальнейшему развитию.

 

Так или иначе, мы будем говорить о метамодернизме именно в контексте развития искусства и попытаемся разобраться, чем он отличается от прочих течений. Начнем с небольшого исторического экскурса.

Исторический экскурс

Метамодернизм – это общий термин, которым принято описывать изменения, происходящие в культуре и искусстве, начиная с 1990-х годов прошлого века. Так что наш исторический экскурс будет неглубоким, потому что речь идет о событиях, которые произошли сравнительно недавно, в современную эпоху.

Однако метамодернизм – это не синоним термина «современное искусство», которым часто описывают текущий период. В современном искусстве мирно сосуществуют многие тренды 20 столетия, и даже смена основных тенденций развития не означает полного отказа от художественных стилей прошлого.

Термин «метамодернизм» ввели в научный оборот голландский философ и культуролог Робин ван ден Аккер и норвежский искусствовед Тимотеус Вермюлен. Суть метамодернизма они представили в совместном научном труде Notes on Metamodernism («Заметки о метамодернизме») [T. Vermeulen, R. Akker, 2010].

Первое, о чем говорят авторы, это об объективных причинах для конца постмодернизма в том виде, в каком его привыкли понимать ученые и искусствоведы. Ввиду того, что искусство тесно связано со многими сторонами нашей жизни, на него влияют изменения практически во всех ее сферах.

Это возросший темп жизни и скорость обмена информацией, рост технологий и рост возможностей их использования в целях терроризма, изменения климата и идущие один за одним экономические кризисы. Все перечисленное влияет на культуру и искусство многоаспектно, начиная от появления новой тематики в искусстве (климат, цифровые технологии, терроризм) и заканчивая новым взглядом на традиционные темы (быт, семейные ценности).

Поэтому большинство трендов постмодернизма обретает новый смысл. Как пишут авторы, цитируем: «… история продолжается уже после ее спешно объявленного окончания» [T. Vermeulen, R. Akker, 2010]. Так, метамодернизм меняет «границы настоящего на пределы будущего», а погоня за бесконечно отступающим горизонтом – это как раз удел современного человека.

Обращаем внимание читателей, которые пожелают лично ознакомиться со статьей-первоисточником, что авторы употребляют термины «метамодернизм» и «метамодерн» в основном, как синонимы. Иногда термины задействуются, чтобы акцентировать внимание на некоторых деталях. Тогда метамодернизм определяется, как направление в искусстве, а метамодерн – как культурная парадигма наступившего тысячелетия.

Учитывая, что Аккер и Вермюлен как раз и являются авторами этой концепции, нам остается лишь принять любое их определение. Равно как и принять прочие их термины и определения, поясняющие, с их точки зрения, суть метамодернизма. Остановимся на самых главных из них. Авторы обращаются к таким понятиям, как «метаксис» и «паратаксис».

Термин «метаксис» берет свое начало в философии Платона и его работе «Симпозиум», означая некое колебание между противоположностями и одновременность применения противоположностей [Платон, 2013]. Паратаксис в классическом понимании есть способ построения сложного предложения, однако Аккер и Вермюлен более склонны употреблять его как противоположность метаксиса.

Такое соотношение колебаний и стабильности и есть суть метамодернизма. Эпоха стабильна в своих колебаниях, а колебания и есть стремление к стабильности. В этом плане все складывается логично. Действительно, таких масштабов нестабильности, неопределенности и моментальных изменений человечество еще не знало. В этом плане все, что мы знали ранее, можно оставить за скобками наступившего тысячелетия и учиться жить по-новому. Тогда и искусство вынуждено следовать за изменениями в жизни и по-новому отображать окружающую действительность, по-новому переосмысливать вечные ценности.

Значит ли это, что все вышесказанное волнует лишь двух ученых – авторов «Заметок о метамодернизме», и лишь они взяли на себя труд углубиться в теоретическую часть и как-то описать и систематизировать то, что, в общем-то, достаточно самоочевидно для всех мыслящих людей? Вовсе нет, и у их идей нашлись последователи, развившие идеи метамодернизма и давшие более развернутое понимание, что же такое метамодернизм.

Содержание метамодернизма

При всей самоочевидности происходящего масштабы событий слишком велики, чтобы просто равнодушно взирать на них, не пытаясь реагировать и думать о том, что же ждет нас дальше. Искусство всегда стремится заглянуть чуть за горизонт прошлого, настоящего и будущего, сделать окружающий мир чуть красивее или, наоборот, подчеркнуть его несовершенство, достичь гармонии или показать неизбежность отсутствия оной.

Английский художник Люк Тернер взял на себя труд раскрыть содержание метамодернизма в своем труде Metamodernism: A Brief Introduction («Метамодернизм: краткое введение») [L. Turner, 2015]. Тернер, в целом, согласен с определением причин, спровоцировавших отход от традиций постмодернизма, которые выделили Аккер и Вермюлен. И считает более важным сосредоточиться на структурных элементах метамодернизма.

Естественно, для этого нужно, прежде всего, вспомнить основные составляющие постмодернизма, к которым Тернер относит отказ от стереотипов, релятивизм и нигилизм. Постмодернизм зародился как противовес модернизму, но ведь и модернизм возник как отрицание устоев прошлой эпохи. В этом смысле метамодернизм вобрал в себя и традиции модернизма, и традиции постмодернизма, при этом не возвращаясь в полной мере ни к тем, ни к другим.

Еще на блоге:   4 друга, которые должны быть у каждого

Люк Тернер обращает внимание читателей на значение приставки «мета», употребляемой в случаях, когда что-то нуждается в обобщении, абстракции, определении перехода к чему-то новому. И тогда становится ясным истинное содержание метамодернизма как обобщения модернизма и постмодернизма [L. Turner, 2015]. Это все мы в полной мере можем увидеть в его работах как художника. Достаточно посмотреть на его работу «Рождение Венеры», чтобы понять, насколько далеко он ушел в своем творчестве, как от модернизма, так и от постмодернизма:

К слову, именно Люк Тернер является автором «Манифеста метамодерниста» (Metamodernist // Manifesto), где он попытался в 8 пунктах объяснить всю суть метамодернизма [L. Turner, 2011].

Манифест метамодернизма – краткое содержание:

  • Колебания – это естественное состояние.
  • Следует освободиться от идейной наивности модернизма.
  • Движение вперед – это колебания между противоположными идеями.
  • Любое движение имеет свои естественные ограничения, которые следует признать. Незавершенность системы предопределяет необходимость приверженности ей, но скорее ради процесса, чем ради результата. Знание обогатится, если взяться за задачу так, будто ее можно решить.
  • Мир стремится к энтропии, поэтому художественное творчество возможно лишь с учетом данного обстоятельства.
  • Современные технологии позволяют увидеть события с множества позиций, что позволяет быть футуристом и ностальгировать по прошлому одновременно.
  • Наука стремится к элегантности, творчество стремится к знанию, все вместе мы стремимся к истине.
  • Метамодернизм – это переменчивое состояние между иронией и искренностью, наивностью и знанием, релятивизмом и правдой, оптимизмом и сомнением.

Как же все эти идеи метамодернизма отразились в искусстве? Давайте посмотрим!

Стратегии метамодерна

Все, кто успел познакомиться с нашим курсом «История искусства», уже знают, что каждой эпохе присущи свои художественные стили и приемы, используемые для создания произведений искусства. И таких стилей, приемов, практик может быть множество. Рассмотрим основные художественные стратегии, свойственные метамодернизму. К слову, зародились многие из них намного раньше, чем появился термин «метамодернизм».

Перформатизм

Термин «перформатизм» предложил немецкий ученый Рауль Эшельман. Суть термина он раскрыл в своих работах, в частности в работе Performatism, or the End of Postmodernism («Перформатизм, или Конец постмодернизма») [R. Eshelman, 2001]. У Эшельмана перформатизм – это преднамеренный самообман, чтобы во что-то поверить наперекор себе.

Именно этим он объясняет возрождение интереса к теологии в искусстве, которое можно наблюдать на протяжении конца 20 – начала 21 века. Например, в «Новом музее» Нью-Йорка прошла выставка с названием «Моложе, чем Иисус», подразумевающим, что искусство на самом деле очень молодо.

К слову, такой всплеск интереса к религиозной тематике наблюдается не только в живописи, не только в Америке, но и у нас в поп-музыке. Примером может служить композиция группировки «Ленинград» i_$uss, которую следует читать как «Иисус»:

Собственно, и фраза в припеве «Ты, как Иисус» не оставляет сомнений в задумке авторов песни, а в середине клипа появляется персонаж, стилизованный под Иисуса Христа.

Романтический концептуализм

Еще один художественный стиль метамодернизма – это романтический концептуализм. Что это такое, подробно описал немецкий критик Йорг Хейзер в соавторстве с коллегами в работе Romantic Conceptualism («Романтический концептуализм») [J. Heiser et al., 2008]. Если в двух словах, в эпоху метамодернизма рациональное концептуальное искусство замещается аффективными сентиментальными абстракциями.

Примером могут служить работы французского художника Дидье Курбо, которые наши ценители искусства могли видеть в экспозиции на Гоголевском бульваре в Московском музее современного искусства в 2011 году в рамках проекта «Невозможное сообщество». Дидье Курбо, в числе прочего, прославился своими инициативами по благоустройству городского пространства и даже лично рисовал «зебру» на пешеходном переходе. По итогам реализации своих инициатив он представил фотоотчет, а выставку фотографий объединил общим названием «Нужды»:

Заметим, что романтический концептуализм – это не единственное обращение к теме романтизма в рамках метамодернизма. Так, наблюдается всплеск интереса к неоромантизму (или новому романтизму). Американский философ Артур Лавджой (1873-1962), взявшийся за определение неоромантизма в искусстве еще в эпоху модернизма, изначально заметил, что определений может быть множество, и что тут можно вести речь не о каком-то одном направлении в романтизме, а о «романтизмах» или множестве направлений.

Наиболее полно его взгляды изложены в работе On the Discrimination of Romanticisms («О различении романтизмов») [A. Lovejoy, 1924]. Так или иначе, романтизм или романтизмы нашли свое отражение в творчестве художников метамодернизма. Это неудивительно, ведь романтизм можно распознать по его колебаниям между противоположностями, что, как мы помним, является неотъемлемым признаком метамодернизма. Кроме того, романтизм – это погоня за горизонтом, попытка превратить конечное в бесконечное, даже зная, что это нереально. И такой подход – это тоже отличительная черта метамодернизма.

А чтобы было понятнее, о чем речь, предлагаем познакомиться с наиболее знаковыми произведениями метамодернизма, наиболее полно отражающими черты этой новой эпохи в искусстве. Это, в частности, английский художник Дэвид Торп и его картина «Завет Востока», написанная в 2003 году:

Еще на блоге:   Многозадачность - эффективность и последствия

Картина, безусловно, красива, сюжет, безусловно вымышленный, но не абстрактный в полной мере, а скорее скомпонованный из элементов реальности. Еще один яркий представитель метамодернизма в живописи – это британская художница Кэй Доначи. В ее картинах тоже соседствуют правда и вымысел и, безусловно, прослеживается влияние романтизма. Как, например, в работе «Раннее утро, часы ночи»:

Сложно сказать, почему молчание представлено именно в таком образе. Впрочем, иногда романтическая абстракция доходит до такой крайней степени, что даже сам автор затрудняется определить сюжет своей работы и придумать ей название. Как, например, американский фотограф Грегори Крюдсон, представивший свою работу «Без названия»:

Тренды метамодернизма нашли свое отражение и в архитектуре. Тут, правда, намного сложнее определить какую-то одну художественную стратегию, через которую метамодернизм реализуется в архитектуре. В этом плане архитектурный модернизм в меньшей степени ушел от традиций постмодернизма, где все решает смешение стилей. Однако визуальные различия в подходах слишком заметны, чтобы игнорировать смену строительных трендов.

Предлагаем просто ознакомиться с образцами архитектуры метамодернизма и самим найти элементы заимствования стилей и новых веяний.

Интересный образец метамодернизма с признаками минимализма – это Библиотека Бранденбургского Технического Университета (Котбус, 2004):

Не менее интересен построенный в 2008 году в Пекине Китайский Национальный стадион, получивший неофициальное название «Птичье гнездо» из-за своей необычной формы:

Поистине фантастически выглядит здание филармонии в Гамбурге, спроектированное швейцарским архитекторским бюро Herzog & de Meuron Architekten:

Проник метамодернизм и в жилое строительство. В качестве примера можно привести жилой небоскреб на Леонард стрит, 560 в Нью-Йорке, спроектированный, кстати, тем же архитектурным бюро Herzog & de Meuron Architekten:

OLYMPUS DIGITAL CAMERA

Мы не будем спорить о художественной ценности подобных решений, тем более что восприятие подобных объектов очень сильно зависит от освещения и времени суток. Отметим просто, что вблизи строение воспринимается, как вполне функциональное:

В целом, думается, мы дали самое общее представление об основных стратегиях метамодернизма. Напомним лишь, что в искусстве 21 века новые веяния мирно сосуществуют с трендами, превалировавшими в прежние эпохи и сохранившими свое локальное значение в творчестве отдельных художников. Поэтому вкратце стоит пройтись и по другими трендам метамодернизма, помимо уже рассмотренных.

Прочие тренды метамодернизма

Как мы уже сказали, в искусстве многое строится на переплетении эпох и тенденций. И все новое – это, зачастую, переосмысленное и адаптированное старое. Итак, что же еще подарил миру метамодернизм в искусстве?

Веяния метамодернизма:
  • Ремодернизм – возрождение элементов раннего модернизма.
  • Реконструктивизм – возрождение идей конструктивизма, приоритета функции над содержанием.
  • Новая Искренность – уход от иронии и цинизма эпохи постмодернизма, гуманизм и искренность как основные составляющие творческого процесса.
  • Стакизм – панк-живопись, или фигуративная живопись в противовес концептуальному искусству.
  • Новая Странная Америка – жанр, затронувший исключительно музыку и предполагающий возрождение народных традиций, или фолк-ренессанс. Помимо собственно фолка, ощущается влияние психоделического рока, метала, хип-хопа, фри-джаза, соула.

Конечно же, этот список может быть дополнен как уже состоявшимися, но не слишком масштабными трендами в искусстве, так и теми, которые появятся (обязательно!) в обозримом будущем. Прелесть современного искусства вообще и метамодернизма в частности заключается в том, что современная история искусства творится на наших глазах, с участием наших современников, и никто не может предугадать, какие новые тренды подкинет нам жизнь. И, соответственно, на какие вызовы должно будет откликнуться искусство.

Если вам близка тема искусства, вы тоже можете стать творцом истории – истории современного искусства. Искусство – это всегда идентификация художника и зрителя, и вы вполне можете тут придумать нечто свое. Подробнее об этом вы сможете прочитать в работе «Политики идентификации в искусстве метамодернизма» [А. Венкова, 2018]. И, конечно, ни одно значимое течение в искусстве не избежит потока критики. Метамодернизм – не исключение.

Критика метамодернизма

Итак, за что же критикуют метамодернизм и его идеологов? А критикуют их за недостаточно глубокую, по мнению критиков, теоретическую проработку вопроса. Так, в статье «Критика философских оснований метамодерна» продвигается мнение, что метамодернизм Робина ван ден Аккера и Тимотеуса Вермюлена – это всего лишь упрощенное понимание постмодернизма [А. Кардаш, 2019].

Еще одна претензия к авторам концепции – это некоторая путаница в терминах и, в частности, не слишком верное использование понятий «метаксис» и «паратаксис». Такое мнение высказал автор статьи «Образы современности в XXI веке: метамодернизм» [А. Павлов, 2018].

Можно найти и другие альтернативные взгляды на эпоху. Так, есть предложение использовать для определения следующей за постмодернизмом эпохи не приставку «мета», а приставку «прото». Эта идея высказана в статье Début de sieсle, или «От пост- к прото-. Манифест нового века» [М. Эпштейн, 2001]. Справедливости ради, высказана была эта идея еще до изобретения термина «метамодернизм», и почему-то не получила особого распространения.

Так или иначе, тема метамодернизма остается одной из наиболее обсуждаемых в современном искусстве.

Источник

Читайте нас в удобном формате
Telegram | Facebook | Instagram | Tags

Добавить комментарий